Срочные новости раздела
Актер Борис Каморзин ощутил рукопожатие Путина

Актер Борис Каморзин ощутил рукопожатие Путина

Сам Борис Каморзин лучшие роли сыграл у Сергея Урсуляка в «Ликвидации», «Исаеве», «Долгом прощании», у Владимира Котта в «Громозеке» и «На дне». Он снимался в «Бесах» Владимира Хотиненко в роли капитана Лебядкина, «Угрюм-реке» Юрия Мороза, где сыграл отца Ипата. В картине Говорухина «Конец прекрасной эпохи» его герой — главный редактор газеты, в которой трудится будущий писатель Сергей Довлатов. Борис Каморзин снимался у Сергея Лозницы в фильмах «Счастье мое», «В тумане», «Кроткая», «Донбасс», у Николая Хомерики — в «Сказке про темноту» и «Ледоходе». Работа в авторском кино не исключает съемки в сериалах, причем самых разных — от «Родкома» до «Доктора Рихтера». Мы поговорили о том, что такое сегодня российское кино, легко ли в нем держать планку и не падать духом.

— На фестивале, где мы находимся, много звезд советского кино, а в разговорах витают отчаяние и страх, связанные с современным кинематографом. Есть ли они у вас?

— Я-то нахожусь в гуще современного кинематографа, если так можно сказать, и довольно часто снимаюсь. Но и у меня некий страх присутствует. Глядя на представителей старого советского кино, теперь уже почтенных лет, вспоминаешь фильмы, в которых они снимались. Много было ярких режиссерских высказываний. Что ни фильм, то шедевральная музыка и актерские открытия. Сейчас этого нет. Все в большей степени поставлено на поток. Я сам часть этого потока и вижу, как снимаются фильмы и сериалы. Не то чтобы тяп-ляп, не то чтобы левой ногой. Нет! Но усреднено, по-быстрому. Нет той волшебной атмосферы, которая была в картинах прежних лет. Мне бы хотелось, чтобы вернулся на съемочную площадку дух старого советского кино. И дело не в том, что я уже не очень молодой человек и хочу в Советский Союз. Нет! Я хочу вернуть прежнее отношение к актерам, чтобы на съемочной площадке все было культурно, работали бы интеллигентные люди, уважающие труд других. Бывает, приходишь на площадку и не хочешь там находиться. Думаешь, ну елки-палки, продался и должен терпеть. А бывает, что стремишься туда, где платят совсем мало, а то и вовсе не платят, снимаешься по дружбе и с удовольствием, плачешь, когда надо, делаешь много дублей. Важно, когда есть хороший материал, когда тебя уважают и любят, готовы выполнить любой каприз. Даже не каприз. Я не капризничаю никогда. У меня нет райдеров, особых требований. Я не включаю «звезду», не веду себя так, что вот он я пришел, любите меня все. Нет! Я пришел и делаю свое дело. Наверное, прежнего уже не вернуть.

— Удивительно, что актрисы такого класса, как Лариса Удовиченко и Валентина Теличкина, испытывают неловкость, оказавшись на пробах или съемках. Это они должны диктовать условия, а не внимать тем, кто еще никак себя не проявил.

— Меня поразил рассказ Ларисы Удовиченко о том, как она оказалась в молодежной среде на съемках, тихо и скромно стояла в уголке, не зная, как себя вести. А правили бал на площадке молодые актеры и режиссеры, у которых нет той ауры и интеллигентности, того отношения к профессии, которые когда-то отличали наше кино.

— Вы испытываете дискомфорт в общении с людьми, которые моложе, но занимают какие-то, пусть призрачные, позиции в кино?

— Практически нет. Я научился вливаться в процесс и ладить с людьми, хотя несколько раз испытывал чувство неловкости. У молодых людей бывает хамоватое поведение. Иногда думаю: ты еще ничего не сыграл, почему ведешь себя так, будто суперзвезда? С такими людьми стараюсь не общаться. Мне везло в этом отношении. Я молодых к себе располагаю, потому что могу над собой подшутить, чувствую ироничные посылы в свою сторону.

— Есть несколько режиссеров, к которым вы периодически возвращаетесь, — Сергей Лозница, Сергей Урсуляк, Владимир Котт.

— Но это же не актер возвращается, а режиссер возвращается к нему. Если меня зовут, то я иду. Инициатива должна исходить от режиссера в первую очередь. Меня одно время начал снимать Сергей Урсуляк. Собственно, с его фильма «Долгое прощание» и началась моя кинокарьера. Потом были «Ликвидация», «Исаев». После этого как отрезало. Урсуляк перестал меня снимать.

— Вас это мучает?

— Уже нет. Поначалу мучило. Я не понимал, чуть ли не впрямую его спрашивал, бывало, что напрашивался. Сергей мне вежливо дал понять: отвали, не задавай вопросов. Я все понял. Ну что делать? Ну не снимает и не снимает. Буду работать с другими серьезными режиссерами — Владимиром Коттом, Сергеем Лозницей, Николаем Хомерики.

— Я уже второй раз слышу подобную историю, как актера перестал снимать Сергей Урсуляк. Федор Добронравов очень переживал разрыв, который наверняка связан не с личными обстоятельствами, а особенностями и потребностями новых картин. 

— Я, наверное, впервые заговорил об этом публично. Урсуляк мне объяснил, что нужно чуть-чуть менять команду, но все равно он кого снимал, того и снимает. Сергей Маковецкий работает с ним из фильма в фильм. Я Сергею очень благодарен за то, что он фактически открыл меня для кино «Долгим прощанием» и «Ликвидацией». А в «Исаеве», я считаю, лучшая моя актерская работа до сих пор. Сам сериал не стал таким популярным, как «Ликвидация», но полковник контрразведки Гиацинтов у меня хорошо получился, опять-таки благодаря Урсуляку.

— Часто возникает у вас проблема выбора, когда сниматься не хочется, но приходится, ведь жить-то на что-то надо?

— Бог миловал от совсем уж бездарных сценариев. Пару раз бывало такое, что приходилось отказываться. У меня сын взрослый, но все равно надо семью кормить и дом достраивать. Это же профессия. Надо честно делать свое дело. Пусть эпизод, не очень интересная роль, но ты ее сыграй интересно. Актер это может сделать даже сам, без режиссера. Я так и стараюсь.

— Да у вас не было ничего такого, за что стыдно.

— Стараюсь, чтобы все было по-честному даже в таких маленьких эпизодах, как у Володи Котта. Мне не стыдно ни за одну из своих ролей.

— Слышала, что на «Конце фильма» вы все бесплатно работали?

— Практически да. У нас уже сложились такие тесные отношения с Владимиром Коттом, что это многое решает. Фильм отличает честный взгляд на себя, свое место в профессии, на то, что она из себя представляет. Он сделан с самоиронией. В первых же кадрах возникает аллюзия на Тарковского, там, где появляется изображение идущего со свечой Олега Янковского. Задул свечку, плюнул в вечность — это же самоирония. Я прочитал сценарий, мне он очень понравился, и я сказал Володе, что снимусь. Пусть это только два маленьких эпизода, но я с большим удовольствием их сыграл.

— Все, что хочешь знать про современное российское кино, сконцентрировано в «Конце фильма». А ваш герой запоминается как один из главных.

— Значит, что-то закольцевалось. Такое оно — российское кино.

— Ваш отец, Борис Каморзин, тоже был артистом, служил в Брянском драматическом театре…

— Да. И мама тоже там работала. Она окончила ГИТИС.

— Вы похожи с отцом как актеры? Близки по психофизике, амплуа?

— Мы с папой не похожи внешне. Отец был гораздо красивее. Но по психофизике мы очень похожи. Моя мама говорит, что чем старше я становлюсь, тем больше напоминаю отца в разных проявлениях — в жизни, на экране, в интонациях, манере говорить, во взгляде. Но папа был скорее героем-любовником, а я в первую очередь — характерный артист.

— Он застал вас на сцене и в кино?

— Нет, он умер рано, в 1994 году, когда ему было 54 года.

— А у вас все не так рано началось.

— Моя кинематографическая карьера закрутилась где-то в 36 лет. До этого я играл в МТЮЗе зайчиков, обезьянок, котов, лягушек. Были какие-то антрепризы. Я очень мало где снимался. У Ивана Дыховичного в «Копейке» была первая моя более или менее заметная роль. А потом меня увидел Урсуляк в антрепризном спектакле. Он пришел посмотреть молодую актрису, обратил внимание на меня и спросил: «Кто такой?» Потом вызвал на киностудию Горького, где состоялся наш разговор: «Почему в первый раз вижу?» — «Не знаю. Я актер в ТЮЗе» — «У кого учился?» — «У Катина-Ярцева окончил курс в 1991 году» — «Надо же, всех щукинцев знаю, а тебя нет». Я тогда почти ничего и не играл. Он не мог меня видеть. Так, благодаря случаю и антрепризному спектаклю я попал в «Долгое прощание», и началось. Я потом спрашивал у Сергея, почему меня так мало снимают. Он хорошо ответил: «Пойми! У тебя сложная внешность. Ты выглядишь старше своих лет. Режиссеры не очень понимают, как тебя снимать, какие роли давать. Когда твое внутреннее состояние придет в соответствие с внешним, и ты внутренне созреешь до того, как выглядишь, вот тогда отбоя не будет». А у меня с детства большие залысины. А Урсуляк оказался абсолютно прав.

— Так в театральных училищах соответствие внутренних и внешних данных — камень преткновения. У вас, наверное, так и было?

— Несоответствие, конечно, было, но тем не менее меня взяли. Повезло. Могли бы и не взять. Это как на конкурсах и фестивалях приятно получать призы за лучшую мужскую роль, за роль второго плана. Но я прекрасно понимаю, что это некая случайность. Будь чуть иной состав жюри, и награды получит кто-то другой. Я благодарен за них, горжусь ими. У меня призы стоят дома на полке. Да, я сыграл, надеюсь, хорошо, но были бы другие люди или кто-то в плохом настроении, все могло сложиться иначе.

— Что вы думаете по поводу актерского минимализма в кино?

— Его все больше, и мне это очень не нравится. Я понимаю, что есть такая манера, когда ничего не играют, разговаривают на экране, как в жизни. Но что ты говоришь? Я не слышу тебя. Какая-то каша во рту. Актер должен играть, как мне кажется. Это его профессия. Меня проклянут все адепты системы Станиславского, но я не понимаю, когда говорят: «Он не играет, он живет», «Он прожил эту роль». Да ничего я не проживаю, а играю. Я — актер. Это моя профессия. Мне надо играть.

— Что бы вы ни говорили, вам присущ минимализм.

— Мне? Да вы что?

— У вас есть внутренняя сдержанность, концентрация, и никакого перебора и внешних излишеств.

— Даже удивительно то, что вы говорите. Но согласен, все должно быть в глазах, мельчайших оценках, выражении лица, полуулыбке. Это все видно и читается.

— В театре вы не нашли того, чего искали? Вы ведь странник?

— По большому счету у меня с театром отношения так и не сложились. Сначала я работал в МТЮЗе у Яновской. Продолжалось это шесть лет. Я играл только лягушек, медведя. Может быть, сам был виноват, не очень правильно себя вел по молодости. Год проработал в Театре им. Вахтангова, откуда меня выгнали. Тогда худруком был Михаил Ульянов. Почему выгнали? Выпивал.

— Прямо так, что не являлись на спектакли?

— Не явился пару раз, правда, в массовку. Спектакль не был сорван, но все равно, как это молодой артист не является на спектакль? А мне надо было деньги зарабатывать. Я был полунищий, лабал в ресторане. Я же пианист, окончил Центральную музыкальную школу при консерватории, в которую потом была прямая дорога. Но меня забрали в армию. Блата никакого не было. Это было время Афгана, 1985 год, Советский Союз. Я был мальчиком из Брянска, без связей. Отучился, пришла повестка — и вперед.

— Навыки были утрачены?

— Конечно. Как я мог поступать в консерваторию, если два года не играл? Это все! Конец! Но, возможно, все сложилось к лучшему. Я склонялся к тому, что хочу быть актером, а не пианистом, хотя играл хорошо. Ну и то, что я из актерской семьи, наверное, сказалось. Раз так с армией сложилось, подумал, что это судьба.

— Как же вы зарабатывали на жизнь?

— Играл в одном из первых ресторанов Аркадия Новикова, который назывался «Сирена». Он располагался на Малой Спасской, и был очень популярным в то время. Это давало мне возможность существовать.

— Но с театром вы все-таки не расстались?

— Нет. Я вернулся в МТЮЗ. Меня уже там не любили, но тем не менее приняли обратно.

— Не любили за то, что перебежчик?

— И за то, что перебежчик, и за то, что подхалимажем не занимался. Потом я три года работал в «Содружестве актеров Таганки» у Николая Губенко, где были в основном литературно-музыкальные композиции. Стихи читать под музыку было не очень интересно. Оттуда я ушел сам. Работал в антрепризах, Театре doc., в «Практике» — там у меня были хорошие спектакли. Один из них — «Коммуниканты» — поставил Владимир Агеев. Я играл абсолютно голый. На это тоже решиться надо.

— И как вы отважились?

— По сюжету депутат встречается с двумя проститутками в бане. На красивых и молодых актрис приятно было смотреть. А я голый на сцене вряд ли вызывал высокие эстетические чувства у зрителей. Зал был маленький, мест на 90, все очень близко. Сначала мое появление вызывало шок, а потом ничего, привыкали. Я произносил большой монолог, практически это был моноспектакль, хотя появлялись и другие персонажи. Я постепенно одевался, играл уже одетый. Все это было технически сложно, и я горжусь этой работой.

— Помню, как у Льва Додина Алексей Девотченко выходил на сцену раздетым, испытывая неловкость, а зрители говорили: вот бы режиссера так выпустить.

— И у нас кто-то отказался играть, сказав странную фразу: «Русский актер вообще не должен выходить на сцену голым». Но почему русский, а не норвежский, не португальский? Чем русский артист так отличается от других? Что это за заявления: «Мы — русские, у нас система Станиславского!», «У нас «духовка»?

— Немецкого актера Ларса Айдингера, сыгравшего Николая II в «Матильде» Алексея Учителя, назвали у нас порноартистом за то, что сыграл Гамлета в берлинском театре «Шаубюне» обнаженным. Но это требует от актера особой степени раскрепощенности, в том числе внутренней.

— Не нужно этим злоупотреблять, из спектакля в спектакль баловаться обнаженкой, но иногда, если это к месту и оправданно сюжетом, почему бы и нет? А то мы все как на элеваторе ищем зерно роли. Есть такая мхатовская шутка про элеватор.

— А роли вам предлагают по накатанной? Хоть какое-то расширение границ происходит?

— Особого расширения нет. Надеюсь, что оно все-таки будет. Мне грех жаловаться, но всегда хочется большего — и главных ролей, и серьезных полнометражных картин, и масштабных работ, как в «Монахе и бесе» и «Долгом прощании». Если это сериал, то, извините за цинизм, пусть это будет кормушка на много лет, игра вдолгую.

— Какая у вас интенсивность?

— Год на год не приходится. Бывало по 8–10 сериалов. Снимаешься днем в Питере и Москве, а в промежутке еще и ночная смена. Я вообще не спал. Вместо обеда где-то на съемочной площадке просто отрубался на полчаса. Случалось, что месяц, два, три никто не звонил. Даже по полгода. Начинаешь думать, что происходит. Все? Никому не нужен? В общем, то густо, то пусто. Сейчас снимаюсь в сериале для ТНТ «Полярный-2» с Михаилом Пореченковым, Иваном Охлобыстиным, Катей Шпицей. Будет «Балабол-6».

Источник: www.mk.ru

Последние записи - Культура

самые читаемые новости

#Культура

В сети уже появилось видео, где группа, в которой ещё недавно пел брат Дани - Илья Милохин, опять нашла нового участника.Напомним, что около месяца назад Илья сорвал концерт ребят и просто ушёл за
подробнее...

Собственно, с ММКФ все когда-то и началось. В 2014 году Милош Бикович приехал в Москву представлять сербскую картину «До встречи в Монтевидео!», после чего Никита Михалков и пригласил его в свой фильм
подробнее...

Петр Домалевски не раз представлял свои картины в России. Теперь его героиней стала семнадцатилетняя Оли из небольшого польского городка. В главной роли дебютировала  очень способная двадцатилетняя
подробнее...

— Многие люди постарше говорят: вот раньше деревья зеленее были и солнце светило ярче? Что происходит с душой с возрастом — она взрослеет?— Да, это вполне психологически оправданно. Кажется, что все
подробнее...

Судьба Булгакова-драматурга не была счастливой. За 10 лет писатель насчитал 300 отрицательных рецензий на свои пьесы и только 3 положительные. Новые пьесы остаются в столе, поставленные —
подробнее...

Прямая трансляция начнется здесь ближе к 10 вечера - мы будем знакомить вас с последними новостями "Евровидения", покажем видео всех выступлений и будем публиковать результаты голосования в
подробнее...

«Я интересуюсь перспективой внутренней. Проекцией в нас высшего», – писал Павел Челищев. К тому моменту, когда он начал создавать «сферические» полотна, художник уже был известным мастером. Успел
подробнее...

Интересно было наблюдать за взаимоотношениями в Семье. Тамадой был Максим Галкин, само собой, ему по штату положено. Тут надо сказать, что присутствие Галкина в жизни Примадонны как-то Семью
подробнее...

Накануне заседания возглавляющий ее директор театра «Ленком» Марк Варшавер встретился с первым заместителем Руководителя Администрации президента РФ Сергеем Кириенко и задал ему вопрос: «Почему у нас
подробнее...

Сарик Андреасян взялся за съемки сериала «Ресторан по понятиям». Новый формат для стриминговой платформы - 10 серий по 20 минут. Это криминальная комедия о четырех преступниках. Один из них - вор со
подробнее...

Леонардо и его сны по графикуЛеонардо да Винчи отличался феноменальной работоспособностью и добился ее во многом благодаря четкому расписанию сна. Гениальный художник и изобретатель спал по 10–20
подробнее...

По словам режиссера, импульсом к созданию фильма послужила фраза из романа «Осквернитель праха» Фолкнера о том, что немногие могут выдержать рабство, но никто не способен выдержать свободы.  Картина
подробнее...

Неслучайные совпадения   Амстердам. Тихая улочка Йоденбреестраат сегодня уставлена велосипедами, на которых так любят передвигаться по городу современные голландцы. Среди других симпатичных домиков
подробнее...

Таир Салахов приехал из Баку и поначалу не рисковал ставить свою подпись на картины (его отец был расстрелян как «враг народа»), но потом покорил Москву, затем – Европу и Америку, при жизни стал
подробнее...

По словам 63-летней актрисы, она оказалась в «подвешенном состоянии», когда «внезапно стала знаменитой, но у нее не было денег». Стоун отметила, что не могла позволить себе купить платье для церемонии
подробнее...

Думая обо всем этом, я вывел не то чтобы формулу — некий признак, который помогает мне хотя бы приблизительно сформулировать свое отношение к чему-то новому из того, что появляется в культурном
подробнее...

То, что Достоевский и теперь живее всех живых, убеждаешься на «Братьях Карамазовых». После того как 19-летний выпускник казанской гимназии устроил побоище, а потом заявил, что осознал себя богом, все
подробнее...

"Причина смерти Андрея выясняется пока еще, по крайней мере ее не оглашают", - рассказал Цабут в интервью порталу StarHit. Он отметил, что созванивался с Андреем последний раз за несколько дней до его
подробнее...