В эпоху синглов Хаски не боится делать основательные музыкальные заявления, и «Партизан» на фоне высказываний других рэперов выглядит почти концептуальным альбомом. Он начинается с перечисления всех страхов автора (опасений у него немало, и все их можно разделить на почти параноидальную боязнь, что будет либо очень плохо, либо слишком хорошо) в треке «Я Боюсь» и завершается размышлением на тему «если завтра меня не станет» в «Ветром Снегом Зноем», что немного в духе «Сансары» от Басты, но под густым мрачным покровом. Между вступлением и заключением то, что можно назвать размышлениями военного времени.
До релиза музыкант опубликовал в своих социальных сетях интервью с самим собой, где в числе прочего рассказал, что творческих впечатлений набирался в местах «вблизи военных действий», где занимался «гуманитарными проектами», но, по сути, сочинял тексты и писал биты. Возможно, это правильная тактика, если автор хочет видеть все сам в стремлении запечатлеть момент в жизни страны и некоторых ее граждан. По-своему удивительно, что Хаски во многом удалось подняться над суетой и обойтись без опостылевших лозунгов.
«Я боюсь за Россию, боюсь без нее, потому что Россия священна», — заявляет рэпер уже в начале альбома и в последующих треках делает то, в чем изрядно преуспел на прошлых релизах, то есть раскрывает инфернальную красоту родных мест. Согласно Хаски, война идет почти везде: и в районах-кварталах провинциальных городов, и в душах людей, их населяющих. А сам он как поэт и гражданин объявляет войну массовой культуре, где обитают персонажи, чуть ли не каждому из которых можно сказать: «Твой альбом про любовь, Автор робот-пылесос, Новый корм для коров, Чтобы выдоить бабос…»…
Но если проклятия в адрес кальянных рэперов и прочих ударников капиталистического музтруда не претендуют на большое откровение, то в треках «Быть Орком» и «Душа» Хаски делится своим взглядом на пугающую российскую метафизику и вечный местный вопрос «почему все так?». Читая о людях войны, автор все же пытается убедить публику в том, что жизнь есть даже там, где она стоит совсем мало. «Ордена я ношу на петличках; Дотемна я брожу в электричках; Для работяг, замурованных в быт; Я пою о боях, где я не был убит…». И здесь вряд ли требуется конкретика, потому как это про все то, что происходит здесь с людьми десятилетиями.
Партизанская сущность альбома, наверное, лучше всего проявляется в музыке. В этих треках нет ничего напоминающего стандарты современного коммерческого хип-хопа. Ни коллабов со звездами жанра, ни заимствованных припевов. Но есть хоры, опера, фолк, мрачные пляски и почти панк. И здесь Хаски действительно идет не то чтобы неизведанными тропами, но путями, которые многие признали бы неперспективными.
По части идейности сомнений куда больше. Хаски, безусловно, артист творческого эксперимента. В поисках нужных ему глубин он оказывался в одной компании с людьми, приближаться к которым означает для многих нарушать правила ментальной гигиены. Но если в итоге требовалась репутация скандального «вольного» художника или даже дикого типа, то все сложилось наилучшим образом.
Партизан из Хаски, конечно же, весьма условный. Если он мнит себя кем-то вроде музыкального Че Гевары, то этот бунтарь с плаката для широкой продажи, а сам он, скорее всего, посиживает в модных заведениях, облаченный в крутые «нон-конформистские» шмотки.
Впрочем, кого только не приходится прощать за талант. И за музыку, которая вызывает эмоции, по крайней мере на протяжении тех сорока восьми минут, что звучит этот альбом.
