Премьерный показ в день рождения актрисы состоялся не в театре РОСТа, которым она руководит вот уже 12 лет, а на сцене Театра Вахтангова, что имеет символичный характер с исторической и судьбинной точки зрения. Дело в том, что именно на Вахтанговской сцене в середине прошлого века шла пьеса Эдуардо де Филиппо, в ней блистали корифеи, первые ученики Вахтангова: Цецилия Мансурова, Рубен Симонов и тогда молодые Юрий Яковлев, Михаил Ульянов и Анатолий Кацынский. А сама Нонна Гришаева четыре года назад на Исторической сцене этого театра пережила тяжелые минуты — готовила отрывок из «Филумены», показала руководству, но, как говорится, не случилось. Так что премьера символична, но рискованна.
ИЗ ДОСЬЕ "МК"
Эдуардо де Филиппо написал пьесу «Филумена Мартурано» в 1946 году для своей сестры, актрисы Титины Де Филиппо, которая стала первой исполнительницей роли Филумены. Премьера комедии состоялась 7 ноября 1946 года в театре «Политеама» в Неаполе. А через 18 лет режиссёр Витторио Де Сика экранизировал пьесу, к этому времени ставшую популярной во всем мире. В главных ролях снялись Софи Лорен и Марчелло Мастроянни.
Режиссер Ирина Пахомова решила пьесу в трех цветах — серебристом, красном и белом. Это цвета Филумены, образ которой, спасибо итальянскому классику (а до него — Верди и Пуччини), во многом способствовал реабилитации женщин из порочного профсоюза. Во всяком случае, адвокатами их в лице малограмотной плебейки Филумены с момента написания пьесы всегда выступали большие актрисы — за рубежом и у нас. Теперь к ним присоединилась Нонна Гришаева.
Ее появление публика встречает аплодисментами, не только потому что она популярна, а в зале полно поклонников — Нонну независимо от роли всегда сопровождает атмосфера лирического юмора. Одетая в халат серебристого цвета, ее Филумена торжествует победу: одурачила своего многолетнего клиента Доменико Сориано (Дмитрий Фрид), прикинувшись умирающей. И стареющий холостяк из богатой семьи перед лицом смерти женщины, проживающей в его наследственном родительском доме, но не имеющей статуса жены, исполняет ее последнюю волю — заключает с ней брак, ни к чему его не обязывающий, все равно ведь помрет. Но, обнаружив подлог, Доменико впадает в гнев.
Удивительно, что триумф Филумены не громкий, а полон сдержанного достоинства. Именно это качество жрицы любви по ходу действия постепенно преисполнится величием, без пафоса, настоящим. Величием умной женщины, пусть и из низов, но сумевшей добиться своего — для себя и других. Величием матери. И это станет главной темой спектакля.
Филумена правит бал, она не чужая на этом празднике жизни. А социальная надменность Доменико блекнет рядом с благородством бедной и падшей. Впрочем, не социальный, а личностный акцент определяет успех нового спектакля театра РОСТа, где комедия и мелодрама идут рука об руку.
За комедию отвечают персонажи, окружающие героев: служанки в доме синьора Доменико (кстати, ученики Гришаевой), пастор, его личный шофер, новая пассия хозяина и, конечно же, сама Фелумена–Гришаева, которая как никто умеет без нажима подчеркнуть, усилить комедийный момент. Она здесь первая скрипка, камертон своего небольшого итальянского оркестра.
Особенно во втором акте, когда синьор Доменико узнает, что Филумена за 25 лет связи с ним родила троих детей, но только один из троицы его. Остальные «от таких, как ты» — жестко отрежет Филумена, 26 лет назад не последовавшая совету товарок по борделю сделать аборт. Она слушала не их, а Деву Марию, с мольбой к которой обратилась. «Дети есть дети», — ответила та. Эта фраза, несколько раз прозвучавшая из уст многих персонажей, приведет к счастливому для всех финалу.
И вот уже симпатичные «малютки» — старший, Микеле, 26 лет, руководит водопроводной мастерской, средний, Риккардо, владелец модного магазина, и Умберто, бухгалтер и литератор, — обретают и мать, и отца. Все поют прекрасную итальянскую песню.
После спектакля, который завершился пятнадцатиминутной овацией, говорим с Нонной Гришаевой.
— У меня был любимый педагог в институте, Михаил Борисович Борисов, и он напророчил мне и руководство театром, и то, что я сыграю Аркадину в «Чайке», и Филумену в «Филумене Мартурано». Он надеялся сам поставить со мной эти спектакли, и помню, что как-то, поздравляя его с юбилеем, пела, переделав слова: «И Филумену я еще сыграю…». Пьеса Эдуардо де Филиппо, когда я ее прочла, меня разорвала изнутри. Но в пандемию учителя не стало. «Чайку» поставила Ирина Пахомова, мы вместе выпустили уже пять спектаклей, и я поняла, что нашла своего режиссера.
— И все-таки почему не случилась «Филумена Мартурано» с тобой в главной роли в Вахтанговском театре? Почему?
— Да, пьесу думали ставить в Театре Вахтангова четыре года назад, но в труппе для меня не нашлось партнера. В какой-то момент я даже отчаялась и решила сделать спектакль у себя, в театре РОСТа. Но партнер тоже нашелся не сразу. Для Доминика Сориано важны и фактура, и харизма. И я рада, что им стал Дмитрий Фрид: я увидела его в сериале «Анна-детективъ». Он оказался потрясающим, чутким партнером и человеком замечательным, что немаловажно.
— Филумена — женщина с низкой, как говорит наш президент, социальной ответственностью. До нее у тебя были подобные персонажи?
— У меня была маленькая роль такой дамы в дипломном спектакле «Пышка» по Мопассану. И у нее была только одна фраза: «Нельзя любовью заниматься за деньги. Стыдно, стыдно, господа!»
