Дмитрий Иванович трудился библиотекарем в Императорском Московском университете в XIX веке. О его деяниях мы знаем больше, чем о нём самом. Штейнберг вышел из крепостных, начав с самых низов. Прошёл путь от писца до библиотекаря старейшего учебного заведения России. Заложил основы самой большой студенческой библиотеки. Вряд ли он помышлял о своём великом начинании: Дмитрий Иванович просто честно выполнял свои обязанности, ведя учёт книг, заботясь об удобстве их размещения и по возможности борясь с цензурой. Он умер в 1866-м и был похоронен на Лазаревском кладбище — в те дни оно служило последним приютом для московской интеллигенции. Среди прочих с ним соседствовали живописец Виктор Васнецов и Мария Достоевская, мать русского классика.
В годы советских гонений на церковь кладбище было закрыто, а затем, на протяжении десятилетий, методично сравнивалось с землёй. Надгробные камни и могильные кресты растащили по городу; что-то свозилось в монастыри и музеи, а что-то пропадало бесследно.
Счастливым исключением стало надгробие Дмитрия Ивановича Штейнберга. Оно нашлось в прошлом году случайно — на Воздвиженке, неподалёку от факультета журналистики МГУ, в ходе ремонтных работ. Вероятно, при ликвидации кладбища его доставили туда неравнодушные сотрудники университета. Подобные прецеденты случались: иногда, путём долгих споров, сочувствующим русской культуре удавалось отбить какой-нибудь памятник и переправить на новое место. Неизвестно, спасли мемориал Штейнберга с согласия властей или перевезли скрытно — подробности этих событий давно затерялись в истории. Но, учитывая, что надгробный камень, пусть и вблизи факультета, но таился в земле, вторая версия кажется более правдоподобной.
Профессора МГУ Елена Леонидовна Вартанова и Лев Сергеевич Белоусов говорят о находке с благодарностью: руководители бизнес-центра, где проходил ремонт, сразу заподозрили в надгробии культурную ценность и связались с университетом. Впрочем, не обошлось и без казуса. Вячеслав Викторович Мосягин, нынешний директор научной библиотеки МГУ, а значит, продолжатель дела Штейнберга, болезненно вспоминает тот момент, когда памятник обнаружили. В некотором смысле его нужно было спасать: по приезде Вячеслав Викторович увидел, что рабочие используют плиту как обеденный стол. В срочном порядке камень перевезли — иначе он рисковал снова затеряться где-нибудь на свалках.
Началась работа по поиску его законного места. Изучив документы московского архива, Лия Окрошидзе, кандидат искусствоведения с истфака МГУ, выполнила эту миссию. Она не только установила, на каком кладбище захоронили библиотекаря — благодаря Лие теперь нам известны точная дата его рождения, а также места крещения и отпевания. Сейчас она работает над научной статьёй о Штейнберге, основой которой послужит ряд ранее неопубликованных документов.
Вообще в возвращении надгробия видится определённый символизм, что точно подметил настоятель Храма Сошествия Святого Духа иерей Александр. После освящения памятника он вспомнил Лазаря, в честь которого именовалось кладбище. Христиане верят, что Лазарь вкусил смерть дважды. Подобное случилось и с могилой Дмитрия Штейнберга: потерявшись на многие годы, она возвратилась туда, где ей и должно быть.
На протяжении церемонии не покидала и другая мысль. Ну вот, казалось бы, кто такой этот Дмитрий Штейнберг? Библиотекарь из стародавних времён — не царь, не великий учёный, не писатель, не знатный дворянин. Не тот, кто в корне переменил мир. Простой сын крепостного, приписанный к университетской типографии, дослужившийся до библиотекаря. А всё же спустя 160 лет после его кончины люди собрались, чтобы вспомнить его и воздать благодарность. Перекапывали архивы, дабы исправить историческую несправедливость. Так может, чтобы отозваться в вечности, не нужно быть великим? Пожалуй, стоит просто трудиться по мере своих сил — и пусть труд этот будет большим или малым, но честным. И тогда, возможно, потомки помянут тебя добрым словом — а разве есть награда ценнее?
