«Вырезки» из прессы, писавшей о классике как о медийной личности первой величины, представляют собой в том числе карикатуры или, скажем так, почтительные шаржи. Например, в одном из иданий Толстого изобразили в виде схожего с Дедом Морозом старика, расхаживающего по зимнему лесу в лаптях. А на обложке «Сатирикона» за 1908 года, издателем которого был другой классик – Аркадий Аверченко, обыграли страсть писателя к работе в поле. На картинке руки Льва Николаевича заправлены за пояс, коса лежит на черном сапоге (Толстой, как мы все помним, тачал обувь самостоятельно) а вторая нога – босая, причем ее ступню художник гиперболизировано вынес на первый план. Но главный месседж содержится в несоответствующей картинке высокопарной подписи:
- Знаменитейший писатель земли русской, великий старик, титан человеческой мысли, автор гениальных незабываемых произведений, мощный проповедник мира и незлобия во Вселенной.
«Петербургская газета» гуманистическую проповедь Толстого тоже сделала поводом для тонкого юмора: вот старец с книжками, на корочках которых напечатана заповедь «Не убий», приходит к воротам тюрьмы, куда его не пускает страж порядка, понимающий, «кого можно принимать, а кого нельзя».
Кстати, коса и «рабочая униформа» Льва Толстого по России в 2025-м году тоже активно «путешествуют». По одной из выставок музея, открывшейся еще летом на Пречистенке, по случаю «Ночи искусств» и Дня народного единства бесплатно водили посетителей, обращая внимая на пару экспонатов. В стеклянной витрине на подложке из сена выставлены привезенные в столицу из Ясной Поляны предметы: подлинная коса, которой классик косил сено, и рубашка, которая также принадлежала ему. Оставим без ответа вопрос, рассчитывал ли литератор, что однажды атрибуты его стремления к аскетической жизни пафосно подсветят софитами. Главное, что писатель остается с нами в виде идей, растворенных в людях, книг и музейных предметов.
