Мы знаем итог: Михаил Шайдоров из Казахстана, исполнив пять четверных прыжков, стал олимпийским чемпионом. Американец Илья Малинин сорвал произвольную программу, восьмое итоговое место. Серебро и бронза у японцев: Юма Кагияма и Шун Сато. Петр Гуменник, откатав блестяще и исполнив пять квадов, замкнул топ-6: триумф есть, а протоколы врут.
Наверное, если сохранять самообладание, стоит подойти к оценке всего случившегося так: Петр Гуменник доказал, что он — в элите мирового фигурного катания. И доказал не в наших мечтах и представлениях, оторванных от практической реальности, а на олимпийском льду. Самом непредсказуемом, долгожданным и приносящем как отчаянную радость, так и безумную боль.
И да — Петр добился лучшего результата наших одиночников за последние Олимпийские игры, начиная с Ванкувера-2010. Там, в Канаде, Евгений Плющенко проиграл американцу Эвану Лайсачеку и стал вторым. Потом пьедестала вообще не было: на домашних Играх в Сочи-2014 в личном турнире у нас никто не выступал: Евгений Плющенко после командника снялся с соревнований, победил японец Юдзуру Ханю. В Пхенчхане-2018 — снова Ханю, нашим лучшим стал Дмитрий Алиев — закрыл топ-7. В Пекине-2022 американец Нейтан Чен (сорвавший на предыдущих Играх короткую программу и отчаянно взлетевший в произвольной, но на пятое место) сделал то, что должен был, завоевав золото, а наш Евгений Семененко закрыл топ-8.
В Милане-2026 Петр Гуменник закрыл топ-6. По факту. А должен был оказаться на пьедестале. По тому реальному, что показал на Олимпийских играх. Да, было понятно уже после короткой программы: судьи не будут беспристрастны. Задавят оценками везде, где что-то найдут, а, не найдя, тоже задавят. Можно сколько угодно рассуждать на тему отсутствия рейтинга у фигуриста, который дебютирует не только на Играх, но и вообще на международных стартах (квалификационный турнир, на котором Гуменник подтвердил олимпийскую квоту, в этом смысле можно даже не считать — не тот там был уровень конкуренции).
Но рассуждения эти, а главное — действия наделенных оценочной властью в соответствии с подобными тезисами, не украшают профессионалов. Пусть рейтинга у Петра нет, ему просто неоткуда было взяться за четыре года отсутствия наших спортсменов на международных стартах, но глаза-то у судей есть? И вопрос это не детский. Затрагивает честь. Вызывает гнев. И оценки болельщиков со всего мира звучат примерное такие: или забаньте вовсе, если не хотите, чтобы русский парень выигрывал, или судите, как и всех, а не внаглую закапывая.
Петр в произвольной программе «Онегин» был снова красив. Пять четверных прыжков: флип, лутц, риттбергер, два сальхова. Программа, полная искусства, техники и изящного достоинства. Гуменник выступал уже не под первым стартовым номеров, он вновь открывал выступление своей группы, но то была уже предпоследняя разминка. А значит — можно было все же рассчитывать на то, что и вторая оценка окажется адекватной выступлению.
Но техническая бригада широко открыла на глаза на то, что рассматривала у других фигуристов, прищурившись. Срезать больше 10 баллов в технике — это надо было постараться. А судьи и старались. Надбавки за качество исполнения элементов довели до минимума. Вторая оценка оказалась… богатый русский язык позволяет многое. Но можно и вот так скупо: из четырех четверных прыжков француз Адам Сяо Хим Фа, который был чудесен в короткой программе, в произвольной справился с одним. Его произвольная — даже не борьба с собой, а просто несчастье. Но вторая оценка оказалась на 2,1 балла выше, чем у Гуменника. Да, в итоге бедолага Адам улетел даже из топ-10, но к оценке Петра это уже отношения не имело. Компоненты — это, конечно, известный судейский простор и произвол. В Милане у Петра — 80,65, Ильи Малинина, вдрызг сорвавшего программу — 81,72, а того же Сяо Хим Фа — 82,75.
Не вопрос, а констатация: судьям так было можно. Как и оценить выше Петра канадца Стивена Гоголева, который, наверное, в этот день действительно прыгнул выше своей головы, показав мощный прокат, но все же исполнил три четверных (самые простые, тулуп и сальхов, другие он не делает). Как и корейца Чжа Чжун Хван — вообще с одним исполненным четверным прыжком. И японцев Шун Сато, и того же Юму Кагияму, задрожавшего в прокате…
Конечно, у судей был глаза. Но это не помешало им сделать то, что они сделали. И вот тоже констатация факта, причем даже не от эмоциональных болельщиков, а от профессионалов: Петр должен был при всех безобразных реалиях допуска на эти Игры оказаться в тройке призеров. И это не разрывание рубахи на груди: наши — всегда сильнее. Даниил Глейхенгауз в комментарии в Okko по горячим следам, наверное, сформулировал все наиболее просто: в той ситуации, в которой оказался Петя, «без рейтинга, без всего, сегодня он должен был занять третье место, при рейтинге и, если бы нас не отстраняли — минимум второе». И то, что все видят в судейских распечатках, «не соответствует действительности», потому что у Петра «не было ни дедакшенов, ни степ-аутов» и все же Илья Малинин и Адам Сяо Хим Фа «за свои сорванные полностью произвольные программы компоненты получили выше, чем Петя, это не совсем правильно».
Это совсем неправильно. Мы видели, как сорвало от нервов и ответственности крышу у «бога квадов» Ильи Малинина: два падения и три «бабочки». Это был кошмар наяву, которого, сто процентов, не хотел никто: ни судьи, ни соперники. «Что-то сломалось, но я не знаю, что именно», — эти слова космический Малинин будет повторять теперь из интервью в интервью. И другие: «Я все испортил». Его нервы оказались не стальными, как было нужно на главном старте. И волшебная и сильная техника предательски подвела. Он сам себе нанес удар под дых. Олимпийские игры умеют это организовывать.
А двое, пошедшие на сложнейшие программы с пятью четверными прыжками, Петр Гуменник и Михаил Шайдоров из Казахстана, выдюжили. И они не выживали, а блистали на льду. Мише Шайдорову, ученику Алексея Урманова (победившему на Олимпийских играх в Лиллехаммере-1994), воздалось за труды главной наградой. Как он сказал сам, «судьба отблагодарила» за тяжелый путь на льду. Михаил в Милане буквально сотворил свой прокат произвольной программы. Он пошел на пятиквадку, показав и уникальное: каскад тройной аксель — ойлер — четверной сальхов. Не ждал победу, но хотел победить себя, выдав то, что умеет. Шайдоров вообще стал первым представителем Казахстана, выигравшим золото Олимпиады с 1994 года (тогда лыжник Владимир Смирнов победил в гонке на 50 км классическим стилем).
А Петр Гуменник, которого, конечно, обокрали на этих Играх, уже говорит, что хотел бы выступить на Олимпийских играх-2030. И что собой доволен: сделал все что мог. «Был способен на все, что заявил, и сделал все, что заявил». Он остался в 3,7 балла от медали, хотя должен был не набирать — это он как раз сделал, а получать их на Олимпийских играх. Мы не можем изменить результат и поставить фигуриста на олимпийский пьедестал. Но испытывать чувство оправданной гордости за то, как чемпион России Петр Гуменник представил наше мужское одиночное катание на Олимпийских играх обязаны. Может, и неравноценно. Хотя кому как.
Петр Гуменник знает, что случилось в Милане-2026. А мы всё видели. Он не сломался ни до Игр, ни во время, ни после. И хочет продолжения. Когда? Допуска наших фигуристов, в том числе и двух участников Олимпийских игр, к международным стартам до сих пор нет.
