Орган. Рубин Абдуллин открыл праздничный концерт Фантазией для органа соль мажор И.С.Баха. Нечасто можно услышать орган БЗК, а ведь он с историей! В 1900 году на Парижской выставке инструмент удостоился высшей награды — Гран-при и золотой медали. А в 1905 году, во время революции, в здании консерватории организовали перевязочный пункт, а в органе… спрятали оружие.
Конкурс Чайковского. Украшением концерта стал Равиль Ислямов, молодой музыкант, быстро и вполне заслуженно сделавший себе большое имя в музыкальном мире. В программе вечера он исполнил знаменитую Интродукцию и Рондо-каприччиозо Сен-Санса (партия фортепиано Шолпан Барлыкова). БЗК для Равиля — место особенное, как и для всех участников Конкурса Чайковского. Первый международный конкурс им. П.И.Чайковского состоялся здесь в 1958 году, победителем тогда стал Вэн Клайберн, чей пианизм стал эталоном для многих. С тех пор на конкурсе рождаются многие музыкальные звезды, и Равиль — в их числе.
Премьеры. Многие премьеры сочинений лучших композиторов звучали именно со сцены БЗК. Не обошелся без премьеры и праздничный вечер, прозвучало «Волшебство» в исполнении Камерного хора Московской консерватории под управлением Александра Соловьева. Произведение для смешанного хора Ефрема Подгайца — настоящая сказка, трогательная и взаправду волшебная, зал приветствовал автора стоя. К 120-летию Дмитрия Шостаковича, которое страна празднует в этом году, прозвучало его Трио №2 в исполнении Равиля Ислямова, Александра Князева и Филиппа Копачевского. Фотоархив консерватории хранит в себе немало кадров Шостаковича на сцене БЗК после премьер его сочинений. Правда, одна из них в марте 1942 года прозвучала без него — московская премьера Симфонии №7, «Ленинградской». Композитор тогда находился в эвакуации в Куйбышеве.
Чайковский и Рубинштейн. В исполнении Камерного хора прозвучал «Привет Антону Григорьевичу Рубинштейну» Петра Чайковского. Обе фамилии для консерваторцев знаковые. Имя Чайковского заведение носит, а основал Московскую консерваторию Рубинштейн, правда, не Антон, а Николай. Антон — «отец» Петербургской консерватории. Имя Николая Рубинштейна как будто немного в тени, но это не совсем так. Внимательные гости БЗК заметят над сценой портрет-барельеф основателя, который, кажется, за всеми наблюдает и радуется той яркой жизни, которую получило его детище.
Софроницкий. «Гимн искусству» Скрябина, торжественно исполненный Камерным хором, неслучайный. Дело в том, что свои премьеры Александр Скрябин зачастую доверял исполнять в БЗК: ярчайшие произведения — «Поэма экстаза» и Симфония №3. Однако скрябинский мостик тянется дальше. С 1942 года пианист Владимир Софроницкий, один из лучших исполнителей музыки Скрябина (и, кстати, супруг старшей дочери композитора Елены), после эвакуации из блокадного Ленинграда регулярно выступал в Большом зале. Слушатели приходили в зал в верхней одежде: осень, нет отопления, холодно. Но все с пиететом внимали музыке, вырывавшейся из-под пальцев пианиста, пережившего одну из самых страшных зим в отечественной истории. Из воспоминаний очевидца одного из тех концертов: «Военные встают и стоя аплодируют пианисту, видевшему смерть, кровь, слышавшему музыку страшной битвы. Так прозвучал этот концерт».
Витраж. Святая Цецилия, встречающая всех в фойе БЗК, кажется, была там всегда. Но многие вспомнят, что на самом деле изображение, случайно ставшее «фотозоной» для всех гостей зала, вернулось в родные стены недавно. Во время Великой Отечественной войны витраж был разрушен, а восстановили его лишь во время реставрации в 2010–2011 гг. После бюста Петра Ильича в зоне гардероба Цецилия — первое лицо, с которым встречаются визитеры храма музыки, а далее портретная галерея, украшение Большого зала, где и Вольфганг Амадей Моцарт, который, кстати, был любимым композитором самого Чайковского. И в программе без музыки австрийского гения не обошлось — Андрей Писарев, кажется, не касался клавиш — настолько нежно и воздушно прозвучала знаменитая Фантазия ре минор, а затем — Рондо ре мажор.
Портретная галерея. Венчал торжественный вечер Концерт №3 Бетховена в исполнении Концертного симфонического оркестра Московской консерватории под управлением Анатолия Левина. Солировала легендарная пианистка Элисо Вирсаладзе. Среди портретов гениев, украшающих зал, есть и изображение венского классика. Немногие знают, но в 1953 году портреты его коллег по перу Мендельсона, Глюка, Гайдна и Генделя заменили изображениями Римского-Корсакова, Шопена, Даргомыжского и Мусоргского. Годы спустя Мендельсона и Гайдна обнаружили — сейчас их можно увидеть в фойе, а вот изображения Глюка и Генделя, увы, утрачены навсегда.
