Срочные новости раздела
Режиссер Олег Долин рассказал о потогонных методах работы  и аскетичной свободе

Режиссер Олег Долин рассказал о потогонных методах работы и аскетичной свободе

— Вашим спектаклем «Зобеида» открылся сезон в РАМТе, и Театр Наций начал тоже постановкой Олега Долина «Лекарь поневоле». С какими чувствами возвращаетесь к зрителям после пандемии?

— Со сложными. Театр такая штука — если артисты не выходят каждый вечер на сцену, то его и нет. И самих артистов нет. Просто случайные встречи. Поэтому, говоря рабочим языком, это очень сложный период — все растренированны. Как только нам разрешили репетировать, мы вернулись на сцену.

— На ваши спектакли легко приходить с детьми, даже если они не позиционируются как детские.

— Мне кажется, вся хорошая драматургия нацелена на человека прежде всего. Не на взрослого, не на ребенка, а именно на человека как сложно устроенное существо. Собственно, это равнозначно для любого предмета искусства. Взрослый в картине видит свое, ребенок — свое. Когда в школе мы читаем «Евгения Онегина», то запоминаем одно, в 25 лет перечитываем — другое, в 35 — совсем другое. Важна многослойность произведения. Особенно в театре. Многие боятся, что маленький зритель может чего-то не понять. Это не так. Он считывает то, что может и хочет в этом возрасте.

И совершенно необязательно то, что сам пережил. Многие вещи интуитивны. Что-то сам додумаешь, дофантазируешь. В той же «Зобеиде» на сцене-то ничего нет. Мы не выносим волшебный город, о котором говорят, у нас нет моря, хотя через него переплывают. Но все фантазируется. Причем не артистами, а зрителями. Мы — только проводники. Мне вообще кажется, что в мире, где все преподносится максимально упрощенным, необычайно важно фантазировать, проводить мыслительную работу, например, во время спектакля.

— А насколько важны декоративные элементы, волшебные атрибуты, чтобы создать сказку?

— В театре? Вообще не важны. Там может ничего не быть. И хорошо, если нет. Я большой поклонник аскезы. На сцене должен быть живой человек. И практически точка. Все остальное — по очень большой надобности. Если прям невозможно без света, то давайте какой-то сделаем. Декорации? Ну, если очень надо, хорошо. Сегодня мне ничего этого не надо. И как зрителю, и как режиссеру. А если уж добавляем что-то из атрибутов, то только для лучшего понимания героя. Не заменить его, не подменить, не увести в дальний угол, заменив ярким, красочным и мигающим, а наоборот — вывести вперед.

— Я так понимаю, что вы вообще не делите театр на взрослый и детский. Но, думаю, не раз слышали, что в России проблема с детским кино, театром. Мол, нет правильной почвы для выращивания поколений.

— Да все есть. Мне кажется, так говорят от нежелания углубиться в тему. В каком смысле — нет? У нас колоссальный пласт фольклора. Может, у других народов тоже, я не так хорошо этим занимался. Но русская народная сказка — это бездна сюжетов, трагедий, перипетий. Надо только по-настоящему ей заниматься, а не рядиться в скоморохов. Привыкли, что русская сказка — это что-то глупенькое для малышей. Мало тех, кто этим занимается серьезно, кто готов отдать силы, время. Мы занимались ими в ГИТИСе, поэтому я понимаю, о чем говорю. Повторюсь, это бездна. Никакому Шекспиру такое не снилось. А фразы типа «у нас ничего нет», «нам не хватает сюжетов» — это все лень. И больше ничего.

— Вы не первый раз ставите спектакли в жанре площадного театра. Что в нем так привлекает?

— Во-первых, это прежде всего актерский театр. И он дает актерам огромные возможности по диапазону, работе с публикой, партнерами, пространством, текстом, голосом, пластикой. Это не просто выйти на сцену, что-то пробубнить и скрыться во второй кулисе. Да и сама природа площадного жанра и, если обобщать, всего старого театра очень интересна. Он стоит на том, что надо быть интересным, заразительным. Потому что если ты неинтересен, то зритель пошлет тебя к черту и свалит.

— Гораздо больше ответственности, когда не за чем спрятаться.

— Я обожаю ответственность. Пусть будет пустота на сцене и живые люди. Тогда обязательно что-нибудь родится. Я просто не буду думать, сколько фонарей мы сможем вывесить, какой силы пойдет ударная волна от децибелов. Я на другое нацелен. Себя необходимо бить по рукам, чтобы не наворотить лишнего. Сейчас огромное количество спектаклей, где сцена заставлена бог знает чем. Хорошо бы ее освободить.

— Но на нее ставят не только декорации, но и экраны, телевизоры, проекторы.

— Вам кажется, это все еще популярно?

— Я довольно часто их вижу.

— Мне кажется, это позапрошлый век. Особенно за карантин диджитал ужасно надоел. Хочется отложить телефон, компьютер. Понято, что мы оказались в заложниках у этих систем и не можем без них жить. Но театр — это свидание. Понятно, что рука тянется к телефону — ты ведь привык. Но так круто провести этот вечер с живым человеком. Поэтому мне кажется, что экраны — отживший век. Может, просто этого хочется.

— А почему работаете только с молодыми актерами? Не хочется поставить спектакль с мэтрами?

— Во-первых, так получается. А во-вторых, мои предложения довольно резкие в рисунке и требуют определенной выносливости. Как Брехт говорил: «Театр — это спорт». И это особенно верно для дель арте и масочных спектаклей. На первых прогонах артисты мокрые, как после марафона. Потом, через упорный труд и множество репетиций, обретается легкость. Это вызов себе. В работе с масками совершенно не помогает то, чему учит русская драматическая театральная школа. Это просто другой театр. Более того, запрещенные в психологическом театре вещи здесь, наоборот, активируются. Это как лететь с обрыва головой вниз — может не получиться. Нужна определенная дерзость и смелость. Молодым на это веселей и хулиганистей решаться.

— А кто из именитых артистов мог бы на это решиться?

— Я даже не знаю… Мне нравится смотреть на каких-то актеров чисто со зрительской точки зрения. Но я так просто не мыслю. Когда встречаю единомышленника, начинаю фантазировать. А брать известного артиста и думать, что я могу с ним сделать… У меня так не бывает.

— И в «Зобеиде», и в «Снегурочке», и в «Лекаре», в «Коновалове», «Медведко» в главной роли Полина Виторган. Это ваша театральная муза?

— На самом деле так сложилось. Вроде бы случайно. А с другой стороны, все случайности неслучайны. Мы хорошо сработались.

— В недавнем интервью она сказала, что вы даете «свободу и некий… простор для радости». Свобода результативнее диктатуры в режиссуре?

— Нет.

— А зачем тогда давать артисту свободу?

— Мне хочется, чтобы они были соучастниками. Может, я себя тешу этим и выдумал все… Они — артисты, я — режиссер… Возможно, дело в том, что я сам работал артистом и знаю, как бывает тоскливо, когда не воспринимают твои мысли, идеи, возможности. Когда приходишь и получаешь готовый рисунок. Поэтому мне хочется, чтобы они участвовали, что-то предлагали. Повторюсь, чтобы им было интересно и весело. Это совершенно не значит, что должно быть легко. Пусть будет трудно. Главное, интересно и нескучно. Крах — это репетиция, когда ты поглядываешь на часы.

— Есть еще одна область свободы, о которой я хотела спросить. Она тоже связана с выражением собственного мнения, но за пределами сцены. Вы открыто поддерживаете протестующий белорусский народ. Правильно ли поступила труппа театра Янки Купалы, открыто высказавшись против увольнения своего директора? Может, менее кровопролитный способ — ставить политические спектакли?

— Мне кажется, наступает момент, когда невозможно не высказаться. У них настал тот самый момент. Происходящее в Белоруссии — вообще за гранью разумного. Все это отвратительно и мерзко. А поскольку у нас происходит примерно то же самое, только в более легкой версии, задумываешься, через сколько месяцев такое может случиться у нас. У молодого поколения из-за всего этого только одна мысль — как уехать в Европу или Америку, потому что страшно связывать свою судьбу с Родиной. Но кто же тогда останется здесь?

Источник: www.mk.ru

Последние записи - Культура

самые читаемые новости

#Культура

 Тем временем искусствоведы намерены организовать кампанию по сбору пожертвований, чтобы при первых послаблениях пандемии открыть публичную выставку эротических рисунков Гранта. “Все думали, что
подробнее...

Оценивая произведения, присланные на соискание премии Чуковского, заместитель директора Центральной детской библиотеки им. Гайдара, писатель Марина Соломонова посетовала, что мало увидела в них
подробнее...

Сериалы, которые растягиваются на годы, часто становятся объектами язвительных шуток, хотя в невероятно серьезном мире телерейтингов долгая жизнь проектов возможна лишь при большой симпатии публики. У
подробнее...

Алла Борисовна Пугачева не часто делится с поклонниками грустными новостями. Но в пятницу, 2 октября, Примадонна рассказала фанатам, что ушёл из жизни известный звукорежиссёр и ее близкий друг
подробнее...

На полюсах при этом сходятся все векторы и линии магнитных полей, защищающие жизнь на Земле от смертоносной радиации — этого жуткого, темного, мрачного, безвоздушного, жестоко-тоталитарного космоса.
подробнее...

По правилам шоу приглашенный гость должен рассказать историю, а задача ведущих заключается в том, чтобы угадать, чем она закончилась. При этом в качестве ведущих выступают известные молодые комики
подробнее...

НежностьОна была полная, зеленоглазая, с наглым взглядом и хищными, как у кошки, ногтями. Мурашки по коже пробегали, когда брала в руки принесенные пиджак и брюки.Но деться некуда: срочно требовалось
подробнее...

Пандемия поспособствовала некоторым качественным сдвигам. В фестивальную программу попали картины, которых при другом раскладе мы могли бы и не увидеть. Как сказал продюсер Александр Роднянский,
подробнее...

Невозможно рассказать обо всех спектаклях, которые будут представлены на фестивале, — так их много. Здесь есть и классическая опера — например «Дон Жуан» Моцарта в постановке Башкирского оперного
подробнее...

В них можно обустроить старинный собор, старый европейский вокзал, не прибегая к особым ухищрениям. Эти стены с лепниной привносят мистику и торжественность в то, что происходит. Узкая полоса сцены
подробнее...

Дебютное стихотворение «Первенец» Луиза Глюк выпустила в 1968 году и довольно быстро получила признание как один из самых значительных современных поэтов. У лауреата Нобелевской премии немало регалий
подробнее...

На долю Скобцевой выпали не только счастье и слава, но множество испытаний, которые она гордо прошла вместе со своим мужем, едва ли не главным советским режиссером. Да, он был обласкан властью, имел
подробнее...

«Врата в рай» созданы в копродукции нескольких стран: Армении, Литвы, Германии, Болгарии, Чехии, Италии, Австрии, Франции, США. В ней снимался интернациональный актерский состав, а главную роль сыграл
подробнее...

Выпускник Московского архитектурного института Александр Панкин с детства любил математику, много читал о точных науках, и как-то само собой вышло, что формулы слились с его творчеством. Он начал свои
подробнее...

В тот же вечер Светлане Крючковой вручили награду «Верю. К.Станиславский» за покорение вершин актерского мастерства и верность принципам школе великого реформатора сцены. Растроганная лауреатка внесла
подробнее...

Дом в Староконюшенном переулке. В гостиной уже стоят корзины с цветами, связки надувных шаров привязаны к креслам и стульям. Две надувные цифры золотого цвета - 8 и 5 - украшают комнату. ⁃ Мне уже
подробнее...

Почетный статус академика подруга экс-министра обороны Сердюкова Евгения Васильева мечтала заполучить уже давно. Об этом «МК» рассказал источник в ее ближайшем окружении.На членство в Союзе художников
подробнее...

Вице-президент Академии российского телевидения Александр Митрошенков еще год назад, выступая на первой церемонии ТЭФИ KIDS, сказал, что нас ждет революция: «Совершит революцию детский контент на
подробнее...